Антон Вильгоцкий Око Сатаны

Автор: Антон Вильгоцкий. Жанр: Фэнтези
Выражаю благодарность С. В. Л. без чьего участия этот роман едва ли состоялся бы.


Не мир пришел дать вам, но меч.
И.Х.


Шел 2013 год от Рождества Христова. Мерзкие сатанинские силы, издревле пытавшиеся взять жизнь на Земле под свой контроль и поработить свободное человечество, становились все сильнее и сильнее. Особенных успехов приспешникам тьмы удалось добиться на той земле, которой, казалось бы, самим небом было назначено стать вместилищем света и добра: в России.
В настоящее время – Российской Федерации.

Глава 1
Нашествие нелюдей

2010
Начиная с 2000 года, обстановка в главных городах страны становилась все более напряженной. Первой сдалась Москва. Сначала – в метро, будто бы выбравшись из-под земли, а после – и на городских улицах, объявились орды бесчинствующих молодчиков и девиц, громивших все на своем пути и не особо церемонившихся с подвернувшимися под руку (но чаще – под ногу) прохожими. В городе стало опасно жить, и многие живые в буквальном смысле слова позавидовали мертвым. Москва, по тихим улочкам которой еще не так давно можно было спокойно разгуливать в любое время дня и ночи, превратилась в настоящее минное поле, и мало кто из горожан, собираясь утром на работу, мог с уверенностью сказать, вернется ли он вечером домой. Ведь смерть могла подкараулить еще с утра, на выходе из собственного подъезда.
Чуть позже точно такие же волнения начались и в Санкт-Петербурге. Неведомо откуда взявшиеся уличные банды, умело маскировавшиеся под представителей неформальных субкультур (из-за этого впоследствии возникло немало проблем и у самих неформалов) учиняли жуткие вакханалии в исторических местах города, жестоко расправлялись со случайными прохожими, творили насилие над женщинами и детьми, и оскверняли память предков. Эта питерская волна была еще более жестокой, чем московская. Если в столице не всякую жертву убивали, зачастую ограничиваясь членовредительством, то на балтийских берегах людей порой кромсали на куски ножами, или затаптывали насмерть, наслаждаясь предсмертными стонами, хлюпаньем крови и хрустом костей. Более того – беспредельщики питерского разлива почти всегда дожидались приезда милиции и вступали с ней в бой. Многих из них убивали или задерживали, чтобы отправить в тюрьму. Но на освободившиеся места тотчас же заступали десятки новых жаждущих крови молодых негодяев.
Еще через пару лет черный пожар вспыхнул в Ростове-на-Дону. Здесь уже целые районы перешли во власть безумного легиона уличных маргиналов. Ситуация скоро накалилась настолько, что и в центре города, неподалеку от кафедрального собора, можно было увидеть, как избивают ударами арматурных прутьев беззащитного старика. Или швыряют в машину, чтоб увезти в неизвестном направлении, но с известными целями, десятилетнюю девочку (а то и мальчика!).
Российские города: Новосибирск, Екатеринбург, Краснодар, Казань, Уфа, Курск – один за другим превращались в чадные черные очаги, источающие затхлый смрад зла и насилия. Бессилие (или преступное бездействие?) властей удивляло. Складывалось впечатление, что кровавые вандалы, оккупировавшие страну, либо действуют по указанию самих властей, либо скупили с потрохами всех чиновников и милиционеров. Второе было абсолютно невозможным – откуда такие деньги у тех, кто сам и пива-то купить себе не может, предпочитая грабить уличные ларьки? Первый вариант казался более реальным, но… никто не спешил на выборы, обещая очистить городские улицы от сеющей хаос и дрожь орды.
Тем не менее, расследование, конечно, проводилось – ведь в том, что происходящее кому-то зачем-то нужно мало кто сомневался. Разлагающее влияние западной цивилизации, на которое с самого начала пытались списать эту катастрофу коммунисты, конечно же, тлетворно – но не настолько! Таких погромов и массовых уличных побоищ сама Америка не знала ни в один из моментов своей истории – даже во время восстаний черных гетто. К тому же, вандалы ни разу не выдвинули никаких политических требований, а это всегда и во все времена являлось главной причиной, по которой начинает литься кровь на городских улицах.
Многие из вандалов были убиты или арестованы. Выяснилось, что большинство из них не являлись коренными жителями городов, где творили свои бесчинства. Молодые парни и девушки в возрасте от семнадцати до двадцати пяти лет приезжали в краевые, областные и республиканские центры из небольших населенных пунктов. Но не для того, чтобы учиться или работать, а лишь затем, чтоб грабить, насиловать, калечить и убивать. Уроженцы городов, где все это происходило, составляли среди них крайне малый, можно сказать, ничтожный процент.
Несмотря на то, что действия этих людей носили хаотичный, неупорядоченный характер, в них все же можно было заподозрить организованную преступную группу. Но проверки этой версии не дали ровным счетом никаких результатов. Все это было скорее огромное количество мелких банд со своими вожаками и внутренней иерархией, а вовсе не сильная и сплоченная организация, сетью охватывающая десятки крупных городов. Хулиганы из разных регионов страны не были знакомы друг с другом, не имели собственного сленга или каких-то знаков отличия. У многих из них имелись татуировки, но выделить из огромного числа нанесенных на кожу разноцветных картинок что-то общее тоже не удалось.
Впрочем, пара тенденций, так и оставшихся незамеченными следствием, все же имелась.
Во-первых, среди вандалов не было ни одного кавказца.
Во-вторых, ни на ком из них не было православного креста.

В сентябре 2010 года Николай Ветров, демобилизовавшись из рядов российской армии, возвращался в родной Ростов.
К тому моменту на постсоветском пространстве, стараниями доблестных спецслужб, почти не осталось «горячих точек», которыми в 90-е и начале 2000-х так любили пугать молодежь призывного возраста. Периодически вспыхивало что-нибудь в отдельных городах Северного Кавказа, но если где и могло громыхнуть, как громыхало еще недавно в Чеченской республике – так это на границах с Грузией, в Абхазии и Южной Осетии.
Хоть руководство и население этих стран давно причисляли себя неформально к составу России – и Федерация шла им в этом навстречу – правительство Саакашвили все еще пыталось периодически кому-то что-то доказать. Именно там, на границе Грузии и Абхазии, выпало служить Николаю Ветрову. Пороха ему нюхнуть довелось – несколько раз пограничный отряд, в состав которого входил Ветров, нейтрализовывал группы грузинских диверсантов или наемников. Коля в тех сражениях отличился и ехал домой в звании старшего лейтенанта. А если бы он согласился на предложение командования и остался на сверхсрочную службу, то получил бы капитанскую должность и соответствующие погоны.
Но вернуться в лоно родной семьи, к повседневным трудам для ее блага, и, разумеется, к любимой девушке, было для Николая важнее, чем делать военную карьеру. Поэтому за ворота части он вышел в тот самый день, когда истекал срок его службы. Тютелька в тютельку.

Глава 2
Встреча на вокзале

Из поезда, приехавшего в Москву из Курской губернии, вышел, в числе прочих пассажиров, ничем не примечательный человек.
Однако это лишь на первый взгляд в нем не было ничего необычного. Приглядевшись получше, можно было увидеть, что из-под серого пальто чуть выдаются края церковного облачения.
Но впрочем, что же тут странного. В конце концов, Россия – православная страна, и, стало быть, никто не должен удивляться тому, что слуги Господни время от времени покидают свои кельи и храмы, и едут куда-то по неким мирским делам.
Да только вот, у человека, приехавшего из Курска, дело там было совсем не мирское. Оно напрямую касалось интересов Русской Православной Церкви, а значит – и всей страны.
Звали его Амвросий, и пребывал он в сане иеродьякона. За последние шесть месяцев Амвросий посетил множество регионов России, занимаясь выполнением наиважнейшей миссии, порученной ему лично Патриархом. Курск стал финальной точкой его маршрута – там иеродьякон Амвросий сумел добыть последний ключ к страшной тайне, над которой высшие православные иерархи – а вместе с ними и многие другие священнослужители – ломали головы вот уже десять лет.
Черная чума, поразившая великую Россию – вот что было предметом раздумий святых отцов. Никто из них не сомневался – такое не могло произойти просто так. Не может целое поколение сойти с ума только потому, что посмотрело по телевизору слишком много голливудских боевиков и немецких порнофильмов. За этим что-то или кто-то стоит – единогласно решили иерархи. И организовали собственное расследование, целью которого было выявить причины происходящего.
Для выполнения этого ответственного задания Церковью была учреждена специальная должность, получившая кодовое наименование «агент 777». Таких агентов было много, но о существовании друг друга они не подозревали. Раз в полгода на пост агента 777 заступал новый священник, предшественник же его получал хороший приход в сельской местности, или, если хотел, мог отправиться в монастырь. Расследование проходило в атмосфере строгой секретности – так было нужно, чтобы противная сторона – если таковая действительно существовала – ни в коем случае не догадалась, что под нее копают.
Агенты наделялись широчайшими полномочиями, включавшими даже право нарушить некоторые из Господних заповедей, например, «Не убий» – но только в случае крайней необходимости.
Иеродьякон Амвросий как раз и был тем человеком, который на сегодняшний день исполнял обязанности агента 777. Побывав в Курской области, он не только сумел, наконец, найти окончательный ответ на вопрос, который тщетно пытались решить многие до него. Иеродьякон узнал также о существовании своих предшественников и понял, что от него утаили часть правды. Священник был слегка раздражен этим фактом, но понимал, вместе с тем, что Патриарх намного мудрее его, и что у владыки всегда есть веские основания поступать тем или иным образом. Агент 777, конечно, задаст своему начальству все возникшие у него вопросы. Но сначала – отчитается о проделанной работе.
Нащупав взглядом выступавшие над серыми типовыми домами золотые купола ближайшей церкви, иеродьякон быстро перекрестился и пошел по направлению к одному из приютившихся вдоль перрона ресторанчиков. Священник был очень голоден – как назло (хоть и кощунственно думать так!), поездка в Курск выпала на постную неделю. Но как раз сегодня пост закончился, и теперь иеродьякон имел полное право подкрепить свои силы не только хлебом, молоком и сваренными вкрутую яичками, но и чем-нибудь помясистее.
Снедаемый голодом, пастырь так спешил, что не заметил, как двое молодых ребят, вышедших из того же вагона, что и он, неотступно следуют за ним по пятам…

«Что же случилось с тобой, Россия? – Амвросий заказал тарелочку вареников с творогом, пару чебуреков и стаканчик кофе. – Как же мы могли допустить такое? Не сумели вовремя повлиять на умы подрастающего поколения, не успели указать русским отрокам и отроковицам правильный путь. И вот, теперь пожинаем страшный, гибельный результат. Раньше нас это сделал он – наш коварный враг. Господи, как же он оказался хитер!», – при упоминании всуе имени Бога даже в мыслях пальцы правой руки Амвросия сами собой сложились в щепоть для крестного знамения.
– Извините, что отвлекаю вас, – вежливо произнес кто-то за спиной. – Вы ведь, кажется, священник?
– Почему вы так решили? – Амвросий развернулся и тотчас собрался, приготовившись защищаться, возможно даже – молниеносно выхватить лежавший во внутреннем кармане пальто пистолет. Перед ним стоял длинноволосый парень в черной кожаной куртке, обутый в высокие тяжелые ботинки армейского образца. На одном из пальцев правой руки неформала хладно поблескивал перстень в форме оскаленного черепа. Юноша, конечно, мог быть и самым обычным металлистом, не таящим в своем сердце никакого зла. Но ведь именно так выглядело большинство тех, кто чинил насилие на улицах российских городов! «С ним стоит быть настороже», – решил иеродьякон.
– Почему вы так решили? – вопросил он.
– Общий облик ваш очень культурен, – ответствовал собеседник. – Вы прямо-таки распространяете вокруг себя ауру мудрости и добра. Так мог бы выглядеть профессор из института, но… – взглядом парень указал на выступающие из-под пальто Амвросия края облачения, – профессора не носят ряс.
«Уличный варвар не может так говорить», – подумал дьякон и слегка расслабился.
– Ну да, к чему скрываться, – улыбнулся он. – Я служитель Русской Православной Церкви, иеродьякон Амвросий. Что заставило вас подойти ко мне? У вас беда? Вы хотите найти помощи у Бога?
– Да, наверное, это можно назвать бедой, – кивнул длинноволосый. – Вчера я потерял свой православный крест. Даже не знаю, что мне теперь делать.
– О, это и впрямь тяжелая ситуация, сын мой, – понимающе произнес агент 777. – Вы, верно, что-то сделали не так в своей жизни, раз Господь посчитал нужным снять с вас крест. Теперь с вами может случиться любое несчастье. Если, конечно, вы не искупите своей вины.
– И как мне это сделать? – в глазах стоявшего напротив человека вспыхнул огонек надежды.
– Нужно отстоять вечернюю службу в церкви, – веско молвил иеродьякон. – Потом – явиться в храм с рассветом, исповедаться, причаститься и отстоять заутреню. Только тогда вы получите право снова носить крест. Купить его можно при каждом крупном храме, или в магазинах церковной утвари.
– Спасибо, святой отец, – парень склонился, чтобы поцеловать руку тому, кто наставил его на путь истинный. – Я непременно именно так и сделаю. Прямо сегодня вечером пойду в храм и отстою службу. А то уж думал все, скоро помру, и поминай, как звали, – юноша развернулся и пошел прочь.
«Все-таки, не перевелись еще на Руси достойные люди, – подумал иеродьякон, возвращаясь к своей прерванной трапезе. – Такие, как этот отрок – и есть главная надежда нашей страны, главная опора Церкви».
Доев вареники, Амвросий сделал несколько глотков кофе. Через мгновение взор его помутнел, а изо рта пошла пена. Выронив стаканчик, предсмертным движением сведенной судорогой руки сбросив со стола тарелку с нетронутыми чебуреками, иеродьякон Амвросий замертво рухнул на грязный пол привокзальной закусочной.

– Поп так упоенно жрал, что даже не заметил, как мы подошли! Совсем забыл видать, что чревоугодие стоит первым номером в списке величайших грехов! Ах-ха-ха-ха-ха!
В безлюдном парке неподалеку от вокзала, где умер дьякон Амвросий, два юноши, одетых во все черное, оживленно обсуждали удачно проведенную операцию. Каждый сжимал в руке по бутылке портвейна «777» – словно в насмешку над убитым ими человеком. Они, конечно, не знали, какую должность занимал в Церкви Амвросий. Но ничто не мешало выродкам глумиться над священным христианским числом как таковым.
– А ты молодец, Леха! – второй участник убийства, на голове у которого красовался низко надвинутый на глаза черный капюшон, с размаху хлопнул своего подельника по плечу, от чего тот пошатнулся. – Мастерски святошу развел. Я не то что яду в стакан сыпануть – десять раз успел бы нож ему в спину воткнуть и сказать, что так и было. Буга-га-га!
То были те самые ребята, что сошли с курского поезда вслед за Амвросием. Они неотступно следили за священником в течение всего времени его пребывания в Курске и области. Поняв, что служитель Церкви вышел на след лидера их организации, сатанисты – а то были именно они – снарядили этих двоих, чтобы проследовать за опасным гостем, куда бы он ни отправился.
У адептов Алексея и Никиты были с собой удавки и ножи, но все удалось провернуть гораздо проще. Священник, на беду свою, завернул в привокзальный ресторанчик, где Леха отвлек его внимание разговором о религии, а Никита тем временем подсыпал в кофе цианистый калий, незаметно приблизившись с другой стороны.
– А он, значит, думал, с нами так просто все будет, да? – с веселой злобой молвил Алексей, как следует приложившись к своей бутылке. – Лешего, значит, завалил, подноготную перед этим из него вытянув, и к себе в Москву мотанул. А вот х…й! – Леха произвел неприличный жест, едва не расплескав содержимое зеленого сосуда. – Они не знают, на кого нарвались. И никогда не узнают, покуда есть такие люди, как мы. Ave Satana[1]!
– Ave, – поддержал его Никита. – Только кое в чем ты не прав, брат. Они все-таки узнают, на кого нарвались. Только будет уже поздно! Буга-га-га! – Никита жадно присосался к бутылке.
Прозвище «Леший» носил один из высокопоставленных членов сатанинской секты, которого агенту 777 Амвросию пришлось убить во время поездки в Курск. Именно у Лешего посланец Русской Православной Церкви выпытал информацию об имени и местонахождении лидера организации – человека, который черной тенью стоял за творящимся почти по всей России кровавым беспределом. Но иеродьякон не учел одного – внутри таких «коллективов», как тот, с которым ему пришлось иметь дело, мало кто по-настоящему доверяет друг другу. Никита с радостью удавил бы Алексея, а тот – охотно зарезал стоящего рядом, если ребята точно знали, что это поможет им продвинуться хотя бы на одну ступеньку вверх по лестнице внутренней иерархии. В доме Лешего, где все происходило, были установлены видеокамеры и «жучки», при помощи которых лидер секты наблюдал за своим подчиненным. Так главарю сатанистов стали известны внешность и намерения Амвросия. Оставалось послать сигнал послушным убийцам в Курск.
– Ну что, братан, рвем когти? – спросил Никита, допив остатки портвейна и отшвыривая прочь пустую бутылку. – Или сначала погуляем по Москве? Может, своих поищем?
– Нельзя своих палить, – замотал головой Леха. – Никто не должен знать, что это все взаимосвязано. Проверяешь меня, что ли?
– Ага, – осклабился парень в капюшоне. – Проверяю. Давай тогда просто погуляем, покуражимся. Трахнем кого-нибудь.
– Это можно, – согласился Алексей. – Кстати, идти, похоже, далеко не придется. Смотри.
На присыпанной опавшими листьями позабытой тропинке показалась девочка лет двенадцати, со школьным ранцем за плечами. Она, должно быть, решила срезать дорогу домой через заброшенный парк. Она не знала, чем это для нее закончится…

Глава 3
Смерть не опаздывает в гости

Поезд, в котором ехал домой старший лейтенант Николай Ветров, приближался к Ростову. Там, в одной из квартир на улице Ленина, все уже было готово к встрече героя. Семья Николая – мать, отец, маленькая сестра Света – а также присоединившаяся к ним девушка Ветрова Зоя, хранившая своему любимому лебединую верность – пили чай за праздничным столом. Через некоторое время должны были подойти также несколько Колиных друзей.
Но зло успело явиться сюда раньше, чем подошли крепкие парни, способные ему противостоять. Раньше, чем прибыл сам Николай, который мог бы, воспользовавшись своим наградным пистолетом, дать отпор циничным убийцам…
Звонок в дверь никого не удивил – здесь ведь ждали гостей. Открывать пошла мать Николая Ветрова, Надежда Степановна. Она думала, что это пришли друзья сына, но, посмотрев в глазок, увидела на пороге красивую молодую девушку с длинными черными волосами. В руках та держала какие-то документы.
– Кто там? – на всякий случай спросила Надежда Степановна.
– Перепись населения, – мило улыбнувшись, ответила красавица.
В стране той осенью действительно проходила перепись, и сообщения о ней то и дело передавались по телевидению и радио. Не заподозрив подвоха, Ветрова открыла дверь. А девица, бросив на пол папку с бумагами, пустила хозяйке в глаза тугую струю из газового баллончика.
Схватившись за лицо, женщина повалилась на пол. А в квартиру, поднимаясь по ступенькам с нижнего этажа или сбегая сверху, один за другим проникали молодые люди в черной одежде. Было среди них и еще несколько девушек, кроме той, что притворялась переписчицей.
Уличные маргиналы перестали ограничиваться в своих кровавых развлечениях одними лишь улицами. Квартира Ветровых стала одной из первых, что были разорены в тот вечер по всей России.
Захлопнув дверь, бандиты принялись расправляться с обитателями квартиры.
Надежда Степановна умерла первой – ее просто затоптали своими тяжелыми башмаками вбегавшие в квартиру нелюди. Возможно, прозвучит цинично – но эта смерть была самой легкой из тех, что произошли в тот осенний вечер в квартире Ветровых.
Ударами рук и ног сатанисты повалили присутствовавших в квартире людей на пол и принялись избивать. Отца семейства начали осыпать ударами ног и стульев. Те, кому в образовавшейся вокруг него давке не хватило места, хватали со стола закуски и спиртное. Откупоривали бутылки и хлестали водку и вино прямо из горлышек, жадно запихивали в чавкающие рты колбасу, огурчики и сыр.
Девушки, похожие на сошедших с экрана фильма ужасов современных ведьм, схватили Зою и маленькую Свету и швырнули их на диван. Одна из сатанисток, нескладная и страшненькая, позавидовав красоте старшей пленницы, исцарапала той длинными ногтями лицо. Потом ведьмы начали стаскивать с Зои и Светы одежду, готовя их для развлечений своих бойцов.
Кто-то из налетчиков вставил в музыкальный центр диск с сатанинскими песнями. Квартиру наполнили грохот тяжелых гитар, безостановочный барабанный бой и хриплый визгливый голос, выкрикивавший славословия Дьяволу.
– Что-то мы слишком увлеклись этим толстым хреном! – заорал главарь банды, одетый в черную кожаную жилетку долговязый мускулистый детина с татуировкой в виде паутины на бритой наголо голове. – Не пора ли расслабиться? – он бросил зловещий взгляд на трясущихся от страха пленниц. – Кончаем с ним! – оторвав от стула ножку, лысый сатанист изо всех сил воткнул ее в глаз распростертого на полу старшего Ветрова.
– Папа! – в ужасе вскрикнула Света.
– Я теперь твой папа! – отшвырнув окровавленный кусок дерева, главарь отобрал у одного из своих прихвостней бутылку с водкой и сделал большой глоток. – Ты знаешь, что такое инцест? – вытерев губы тыльной стороной ладони и передав обратно бутылку, он расстегнул ширинку и сделал шаг по направлению к девочке, которую удерживали на диване ведьмы. К тому моменту Светлана, как и Зоя, уже была абсолютно голой.
– Сейчас повеселимся! – воскликнул главарь, наваливаясь на девочку. Ведьмы тем временем развернули Зою так, чтобы бойцам было удобнее ее насиловать. К девушке тотчас выстроилась очередь из опьяненных водкой и безнаказанностью сатанистов.

Зое было трудно дышать – ее голову плотно прижали к спинке дивана. До сегодняшнего вечера Зоя была девственницей – свою невинность она хранила для Николая. Ей было сейчас очень больно и страшно. Сзади один насильник сменял другого, и, казалось, это никогда не закончится. Но это должно было закончиться – в конце концов, когда-нибудь они насытятся! Рядом стонала от боли Колина сестренка, на ней похотливо рычал лысый главарь налетчиков. Зоя надеялась, что после всего этого позора и унижения их не оставят в живых. Если оставят – она сама убьет Свету, а после выйдет на улицу и бросится под машину. Жить с такой страшной дырой в душе – невозможно, нельзя!
Небеса не остались глухими к ее молитвам – обе искалеченные жизни оборвались в тот же вечер. После того, как Зоиным телом по нескольку раз воспользовался каждый из сатанистов – кроме увлекшегося малюткой главаря – ведьмы швырнули ее на стол и принесли в жертву Дьяволу, пронзая ножами и поливая остатками вина. Светлану же задушил лично главарь, заявив, что он был в ее жизни первым и последним мужчиной. Впрочем, нашлись в банде несколько человек, не постеснявшихся овладеть детским телом и после смерти.
Покончив с хозяевами квартиры и их гостьей, выродки прошлись по комнатам в поисках денег и ценностей. Распихав по карманам и сумкам все, что представляло для них какой-то интерес, сатанисты разрисовали стены квартиры при помощи баллончиков с краской и побежали прочь, так же быстро, как забегали они сюда час назад.
Они забыли забрать свой диск – колонки музыкального центра продолжали хрипло рявкать про любовь к Сатане. Соседи Ветровых прекрасно слышали все, что происходило здесь в течение последнего часа. Но ни тогда, ни даже теперь, никто из них не посмел выйти на лестничную площадку, или даже просто позвонить в милицию…

Глава 4
Вечер Патриарха

В резиденции Патриарха Московского и всея Руси было в тот вечер неуютно. Владыка истово молился за здравие всех православных, но это не помогало ему отвлечься от мрачных мыслей, связанных с затянувшимся отсутствием агента 777.
Иеродьякон Амвросий, ведший расследование по делу сатанинской секты, должен был вернуться в Москву сегодня. Патриарх ждал его сначала на своем рабочем месте, в Храме Христа Спасителя, потом – дома, но агент 777 так и не дал о себе знать. Не было ни телефонного звонка, ни шагов возле дома, ни СМС, ни электронного сообщения. Патриарх весь извелся и не знал, что ему думать. Происходящее могло значить только одно – миссия Амвросия провалена. Дело Церкви поставлено под угрозу.
Люди из московской епархии уже звонили в Курск, чтобы проверить, действительно ли агенту 777 удалось уйти оттуда целым и невредимым. Как оказалось, он садился в поезд – билет был оформлен на мирское имя дьякона Амвросия, которое в епархии прекрасно знали. По всем расчетам, нынешний агент 777 должен был уже давно находиться в Москве!